Вход
Клик - клик! Сообщение!
Сорока
Полезный театр для всех

Полезный театр для всех

Истории

О театре, курорте и потерянном детстве

Фотографии Анастасии Антонович

Для руководителя песочного театра «Соло» Елены Соломатиной песок — это материал, из которого она творит искусство. Настоящее, неподдельное, заставляющее умиляться даже взрослых. Елена не любит, когда её театр называют детским: песок — не просто игрушка, а сложный процесс постановки и особая техника исполнения. Тем более, в репертуаре есть не только детские спектакли, но и взрослые. За последние два года Елена, кажется, узнала о песке всё и сама не заметила, как стала его коллекционировать...

— Песочных театра всего два в России: один в Москве — Сергея Назарова, а второй — наш. И я делаю все для того, что в Москве говорили: «А второй — в Сибири!», — с улыбкой произносит Елена. — Пять лет назад я была обычным наемным сотрудником топового уровня в сфере маркетинга. В свободное от нервной работы время я занималась изготовлением подарков в разных техниках.

Начинала с лоскутных одеял, настенной росписи, валяния шерсти, живописи. У меня появился свой сайт, куда я выставляла всё, что делала на заказ. Три с половиной года назад ко мне обратился молодой человек, который заказал для своей девушки стол для рисования песком в японском стиле. Тогда я в первый раз услышала такое словосочетание — «рисование песком».

А ведь придумала эту технику канадская кинорежиссер Кэролин Лив еще в 1973 году. Это была её дипломная работа. Правда, рисовала она не песком, а порошком. У нас режиссер Чурикова тоже рисует в такой технике мультипликационные фильмы: другое дело, что рук в кадре не видно, после того как нарисованное смонтируют.

Обещаю, кстати, повесить в театре свою первую картину, чтобы гости не комплексовали и пробовали себя. Жуть была полная! — смеется Елена. — Я возила свой первый стол с собой по разным мероприятиям мастеров hand-made. И народ приходил, активно тыкал в песок пальчиками и говорил, что было бы здорово приходить в место, где можно рисовать песком.

— Так театр и появился?

— Почти. Два с половиной года назад я открыла на улице Руковишникова студию рисования песком. Еще пока не театр. Это было место, где стояли шесть столов. Люди приходили, общались и начинали что-то рисовать. И вот однажды один из гостей говорит:

— А вы видели ролик? Там мужчина поет, а кто-то быстро-быстро рисует? Вы так можете?

Отвечаю:

— Конечно!

Так появился проектор, несколько стульев и мой стол. Мы стали показывать небольшие зарисовки под музыку. Первая моя зарисовка была под Эннио Моррикони «Динозавры». Потом народ стал просить регулярно показывать спектакли, стал узнавать, когда и на какие постановки можно придти.

И вот, 29 декабря 2011 года мы переехали на Сарыгина, 27. А через шесть дней, 4 января, окрылись в формате театра. Помню, как родственники нам помогали красить стены. И как 31 декабря мы с сыном пришли домой в 22.00, еле дождались курантов, а в 00.20 уже спали...

— Елена, вы очень смелая! Открывать театр самостоятельно — очень сложно, без особой поддержки и спонсорства. Как вы определяли для себя — чем будете отличаться от других?

— К нам в театр приходят не просто смотреть, но и участвовать в процессе создания постановки. Спектакли у нас интерактивные и нет четкого физического разграничения: вот здесь сцена, здесь зрители, которые должны сидеть и смотреть. За пятнадцать минут до начала спектакля, я приглашаю всех гостей, чтобы с ними познакомиться и поиграть.

После спектакля их ждёт игровой мастер-класс по рисованию. Все гости, и маленькие и большие, перед спектаклем имеют возможность поиграть в специальных коробках с песком и игрушками... Это фактически оборудованный психологический кабинет для песочной терапии. Только мы не врачуем, а играем и рисуем. Однажды мамочка пыталась удержать своего ребенка, потому что он ногами пытался залезть в эту коробку. Я ему: «Родной! Ты куда? Ногами-то нельзя». А мама мне отвечает: «А так хочется!».

— И после этого вы создали «Песочный курорт»?

— Конечно. Привезли 1,5 тонны песка, промыли, его, высушили. Мы наполнили «Курорт» разного рода полезностями: пол с подогревом, максимально крупный песок для массажа стопы, доступ для всех. У нас на зеркале написано: «Полезный театр». И я очень расстраиваюсь, когда слышу, что у меня детский театр.

Бедные наши взрослые — они лишены детства. Бывают гости, которые не хотят играть в песке, стесняются, но потихонечку начинают пальцем песок копать. Разговаривают и вместо того, чтобы ручку теребить или край кофты, у нас в песке колупаются. Колупаются-колкупаются и расслабляются. Воздух здесь увлажняется, ионизируется, насыщен гималайской солью. Горожане постепенно начинают понимать, что сюда можно придти и отдохнуть. Разрешить себе, в конце концов, побыть ребенком.

Тот, кто комплексует, приходит сюда с детьми и вроде бы с ними там играет. У нас уже есть постоянные гости двадцати, двадцати-пяти, тридцати лет. Приходят бабушки, дедушки. И никто над ними не смеётся!

— И нет никаких ограничений? Совсем?

— Никаких! Единственное, если ребенок совсем маленький, поскольку в песке глубина есть, он может все время падать. За этим нужно следить. Возрастных ограничений для «Курорта» нет.

— Но они есть в театре?

— Ограничения есть. Это связано со спецификой песочного театра. Я не рисую 25 кадров в секунду. Например, я знаю, что двухлетний ребенок высидит ровно три минуты. По истечению этого времени, я ставлю в спектакле какой-то эмоциональный всплеск, начинаю привлекать гостей к процессу, к действу. Так на протяжении двадцати минут (если это 2+) я поддерживаю стойкий интерес зрителя.

Если это 7+ — я буду использовать другой подход. Чем старше спектакль, песочные превращения сложнее и сложнее. Например, я могу долго что-то песком рисовать и будет непонятно, что вообще происходит, а потом последний взмах — бах! — а это лицо. Но если я так буду рисовать для малышей, они только и будут делать, что спрашивать: «Мам, а что это такое, мам?».

Поэтому чем младше спектакль, тем я понятнее рисую, где с первого взмаха ясно, что я начала рисовать, например, зайца. «Чай с сахаром» — очень серьезный спектакль по мотивам Платонова «Юшка». Это программное произведение седьмого класса — естественно, мы ставим этот возрастной ценз.

— Елена, а что самое сложно для вас в рисовании песком?

— Самое сложное в рисовании песком — это выжить. Потому что продавать культуру — очень сложно. Не зря все наши театры муниципальные. Торговля и искусство — это практически не сочетаемые вещи. Но мы стараемся: кроме искусства, у нас здесь есть «Курорт», мастер-классы, мы рады сотрудничеству с разными организациями — аренда помещения для создания своих-мастер классов, демонстрации кино.

Можно, к примеру, затеять пижамную вечеринку — у нас есть подиум, который легко можно переделать в подушечное поле. Недавно ситцевую свадьбу праздновали! Друзья сделали подарок семейной паре: привезли их сюда с закрытыми глазами. Я им рисовала песком историю их любви. Все плакали.

В перспективе у нас создание песочного музея — потому что я теперь о песке знаю столько, словно сама геолог. И это так интересно, оказывается! Есть красный, желтый песок. Есть песок с идеально круглыми и ровными гранулами из Волги, которая его за много веков отшлифовала. Нашли и совершенно прозрачный песок с горы Хрустальной — острые гранулы как соль. В столах у нас речной песок из Томи.

Я задумала и другие проекты. Тоже интересные. Но о них я пока умолчу, — таинственно улыбается Елена и резюмирует:

— Короче, песочный театр — это не только культура и отдых, но и тусовочное место.

 

Посмотреть афишу театра «Соло» можно здесь.

21 марта 2014
3064
1

Расскажи подругам

Читайте также

Читай самое вкусное

Комментарии

No Avatar
Я в полном восторге! Какая умница! Так захотелось попасть в этот театр, это так необычно и интересно1

Скажи, что ты думаешь

Сейчас обсуждают

Давайте дружить