Вход
Клик - клик! Сообщение!
Сорока
Любить, жить и верить

Любить, жить и верить

Истории

О работе в реанимации, вере и одной медсестре

Фотографии Максима Киселева

О Ларисе Гуцал я узнала благодаря своей маме, которая пару лет назад лежала в реанимации. До сих пор она рассказывает мне о том, насколько этот человек предан своей профессии, какие подвиги она совершает ежедневно. Именно тогда я поняла, что мне срочно нужно познакомиться с ней.

И вот передо мной сестра отделения реанимации и анестезиологии высшей категории — Лариса Александровна Гуцал. Всегда красивая, ухоженная, довольная, но при этом строгая и скромная. На самом деле я ждала услышать длинные истории о спасении людей, благородстве и сложностях работы в реанимации. Но, как выяснилось, все, что для других людей «благородство» и «подвиг», для нее — обычное дело. Она не считает это чем-то необычным, она просто делает свою работу. И, конечно, хвалить себя она не будет.

Наверное, пациенты в больницах не избалованы хорошим отношением к себе, и любая забота расценивается как что-то невообразимое. Поскольку Лариса Александровна в силу скромности не описывала свои ежедневные проявления заботы к пациентам, я решила, что нужно также обязательно предоставить слово самому пациенту. Кто как не он в красках опишет все «прелести» времяпрепровождения в реанимации.

 

История пациента

 

Первый раз я увидела ее, когда пришла в сознание. Она подключала меня к кислороду и крепила на руки различные измерительные приборы. Ее лицо расплывалось, как, собственно, и все, что я видела вокруг. Наш первый диалог выглядел так:

— Ты крещеная?

— Да...

— А крестик есть?

— Нет...

— Значит, пусть твой муж придет в реанимацию. Я его проведу сюда и все объясню.

Когда пришел муж, Лариса Александровна отправила его за крестиком и священником, чтобы я причастилась. «Вера помогает», — объяснила она мне. Так на моем запястье появилась ниточка с крестиком, которую я не снимала до тех пор, пока не вышла из больницы.

Я лежала в палате между двумя мужчинами в бессознательном состоянии. Страшно, тоскливо, жутко. И очень жарко. Температура +40. К счастью, уже немного пришла в себя и могла ходить. Лариса Александровна зашла в палату, окинула меня взглядом и очень серьезно как-то по-матерински сказала: «Вставай. Здесь врачи-мужчины, а ты непричесанная». Она подвела меня к умывальнику, помыла голову, причесала.

— Медбратьев позовите, — крикнула она куда-то в коридор, — Ребята, передвиньте вот эту кровать в другой угол, поставьте ширму рядом. Вон телевизор висит, снимите его и повесьте туда же.

Так у меня в реанимации появилась «своя комната». С ширмой и телевизором.

Ежедневно мне только и оставалось делать, что смотреть за работой персонала. Больше в реанимации заниматься особо нечем. В палату привезли очередного пациента. Это был очень грузный мужчина, который даже не мог разговаривать. Лариса Александровна выполняла обязанности не только медсестры, но и санитарки. Ей словно не в тягость была вся «грязная» работа. Вот и этого мужчину нужно было перевернуть и помыть. А медсестра моя, надо сказать, по комплекции больше напоминает дюймовочку, чем человека, который способен тягать центнер. «Давай, мой хороший, помогай мне, вместе мы справимся», — приговаривала Лариса. Кажется, что она любит абсолютно каждого в этих палатах, словно все — ее близкие родственники или друзья.

Я никогда не видела ее грустной, злой или расстроенной. В реанимацию она всегда заходит с улыбкой, прической, макияжем и в модном джинсовом костюме. Пока другие медсестры заваривают себе кофе и обсуждают новости, Лариса Александровна уже бежит к своим пациентам. Каждый нуждается в ее помощи и внимании.

Именно ее присутствие и работа помогают пациентам поверить в выздоровление, что все обязательно будет хорошо. Она видит в тебе человека не немощного и больного, а скорее сильного и способного выкарабкаться из сложной ситуации. Она словно делится своей жизненной силой.

Лариса Александровна работает сутки через трое. После первого дежурства я три дня ждала ее скорейшего возвращения. Потому что ту душевность, которую дарит она, не дарит больше никто. И я искренне считаю, что именно она помогла мне встать на ноги. Однажды одна из медсестер сказала: «Тебе очень повезло, если ты попала в реанимацию». Смысл этих слов я поняла спустя время.

 

История медсестры

 

Я окончила Кемеровское медицинское училище в 18 лет. Государственную практику проходила в реанимации областной больницы, мне понравилась такая работа. Как окончила училище, так сразу и пришла работать в реанимацию. И до сих пор здесь, с самого открытия хирургического корпуса. Уже 33 года. Я помню свои первые рабочие дни. Было совсем не страшно, наоборот, интересно. У нас тогда лежали очень разнообразные пациенты. Некоторые были в крайне тяжелом состоянии после пересадки сердечного клапана.

На работе мне никогда не бывает страшно. Бывает жалко. Поэтому стараешься помочь больным. Но если бы можно было начать жизнь заново, я бы никогда не выбрала другой путь. Все было бы так, как и есть сейчас. Я очень люблю свою работу. Пожалуй, в этом весь секрет. Что сложного в моей работе? Да бросьте вы. За столько лет работы сложного ничего нет. Мы помогаем людям, и все. Я просто знаю свое дело.

Сестра в реанимации очень отличается от другой медсестры. Мы не отходим от пациента в принципе. Целые сутки мы рядом с ними. К пациентам, которые лежат в отделении, никто не подходит. Врач утром на обход придет, да и все. Здесь же врач всегда находится с нами, в одном отделении. Если что-то происходит — он тут как тут.

Почему джинсовый костюм? Он просто «хэбэшный», удобный, в нем не жарко. Сейчас, знаете, во всяких разных ходят. Быть нарядной на работе легко. На работу как на праздник! Здесь невозможно работать, если профессия не нравится. К нам часто приходит молодежь, поработает немного, да и уходит. Потому что им здесь тяжело. Молодые медсестры часто к нам за советом бегают. Куда они без нас!

Я верю, что Бог помогает тяжелобольным. Когда пациенты не обращаются к Господу, им сложнее выходить из тяжелого состояния. А принесенные в реанимацию крестик, святая вода или иконка помогают выкарабкаться больному. А еще нужно, чтобы молились его близкие. За 33 года работы я могу вам точно это сказать. Всегда спрашиваю у пациентов, крещеные они или нет, есть ли у них крестик. Если крестика нет, то либо прошу родственников больного, либо сама иду в церковь, клянчу крестики и приношу своим пациентам. Для реанимации их бесплатно дают.

Работа в реанимации накладывает определенный отпечаток на видение мира. К жизни относишься не так, как некоторая молодежь — очень несерьезно и безответственно. Приходят, сидят в телефоне, в интернете. Такие у нас не задерживаются. Без любви здесь работать невозможно.

Переживать за каждого пациента ни в коем случае нельзя. Нужно им помогать, поддерживать их, поднимать на ноги, но только не переживать. Через реанимацию проходят тысячи больных, а что же тогда останется от меня? После смены я полдня, правда, пытаюсь отойти морально. Смена всегда в мыслях. Приходится пить успокоительные, чтобы это все вылетело из головы. Тут главное успокоиться и продолжать жить и работать дальше. Мы делаем все, что можно. Изо всех сил стараемся помочь нашим пациентам. Ну а если ничем уже не поможешь, что тут сделаешь?

У нас работают профессиональные врачи. Люди, которые попадают в реанимацию, на самом деле, очень счастливые. Здесь без конца берутся анализы. В отделении эти анализы сдаются месяц, а в реанимации за 15 минут, сразу, как только пациент поступает. Некоторые больные говорят: «Хочу в отделение». А что в этом отделении? Здесь-то вокруг тебя кружат, заботятся о тебе. У нас все пациенты особенные.

От работы обязательно нужно отдыхать, поехать в отпуск. У нас пациенты и с психозами бывают. Все это накапливается в душе. Поэтому сменить обстановку — обязательно. Я, например, ездила в Турцию. Мне даже никакие экскурсии не нужны, нигде не охота бегать, а хочется просто полежать на песке, позагорать. В нашей профессии это важно.

За 33 года работы мне особенно запомнился 98-й год. Тогда была пневмония H1N1. К нам поступали беременные с этой инфекцией, очень ослабленные. У всех было сильное кровотечение. Сейчас полегче с этой заразой справляться можно. Но тогда... как они кровили... как мы их спасали... ужасно. Лежат три пациентки, и под каждой лужа крови, а в другой палате еще три такие же... Просто лилась кровь ручьем. Это длилось около двух месяцев.

Возникало ли у меня желание уйти? Возникало. Но тут же исчезало. Не хочу больше никуда идти. Вижу себя только медсестрой, и только в реанимации. Сидеть просто раздавать таблетки — это не мое. Вы даже не представляете, каких тяжелых пациентов мы вынашиваем. И они потом уходят отсюда сами, своими ногами, и еще улыбаются на прощание — это высшее счастье для меня. Если мы не поможем, то кто тогда? И еще раз повторюсь, я очень люблю свою работу. В детстве мечтала стать медсестрой. Врачом не хотела, а медсестрой хотела. Вот как решила тогда, так и все, на всю жизнь.

У меня есть дочь и внук. Дочери 31 год, а внуку год и 9 месяцев. У нас в семье все хорошо, а когда появляется маленький ребенок — так это же вообще счастье! Проблемы на работе никак не отражаются на семье. Да и проблем-то никаких нет. Денег никогда не хватает. Но это, наверно, на любой работе так.

Для того чтобы ходить и работать, я занимаюсь спортом. Мы ведь постоянно на ногах! Занимаюсь дома и стараюсь много ходить пешком. Очень важно, чтобы не болели спина и ноги. Мы пациентов и поднимаем, и присаживаем, и переворачиваем, поэтому без здоровой спины здесь делать нечего. А кто перевернет пациента кроме меня? Это хоть сейчас нам охранники помогают перевозить пациента по больнице, а раньше мы сами все делали. Наша реанимация на седьмом этаже находится, а на втором этаже есть еще гнойная. Раньше звонили оттуда девчонки, просили помочь труп перенести. Вот еще и туда бежишь, помогаешь. Поэтому, не будешь заниматься — вообще ходить не сможешь. Раньше, кстати, еще и санитарок не было. Поэтому мы и их работу выполняли. Классная работа! (Смеется.)

Мой девиз по жизни — любить, жить и верить. Хорошая фраза, по-моему. Молодым медсестрам я бы сказала только одно: если любишь профессию — иди работай, нет — сиди дома. Потому что без любви здесь делать нечего.

 

17 мая 2016
1644
1

Расскажи подругам

Читайте также

Читай самое вкусное

Комментарии

No Avatar
Спасибо за статью! Здоровья таким людям! Я думаю это очень тяжелая работа физически и эмоционально!

Скажи, что ты думаешь

Сейчас обсуждают

Давайте дружить