Вход
Клик - клик! Сообщение!
Сорока
Время создавать тренды

Время создавать тренды

Мужчины

О ловкой обезьяне, соцсетях и Моцарте

Фотографии Георгия Шишкина

 

 

 
Человек взял в руку стакан воды и сделал глоток. Может быть, он хотел пить. Может быть, хотел попробовать воду на вкус. Может быть, хотел заснуть и не проснуться, но ошибся. Мы ничего не можем знать об этом, если не знаем, что было до этого глотка, и что было после.

Чтобы понять смысл деятельности, нужно выйти за ее пределы. Внутри нее мы можем понять только смысл ее отдельных частей. Смысл всякой деятельности лежит вне ее пределов. И смысл жизни — вне ее пределов. Внутри самой жизни мы ее смысл никак не обнаружим. Мы сможем понять смысл только наших отдельных дел и житейских событий.

Владимир Тарасов. Книга для героев.

 

 

Часто ли вам встречались люди, которые берут на себя смелость жить так, как они хотят? Заниматься тем, что действительно интересно, и оставлять без сожаления то, что перестало быть ценным. Тех, к кому прислушиваются несмотря на то, что понимание смысла их слов приходит далеко не сразу.

Андрей Отинов обладает уникальным даром: он объясняет тебе очевидно правильные вещи так, будто ты сам это когда-то знал уже, только забыл. Чаще всего то, что он говорит (а говорит Андрей необычно, вроде и просто, но нужно потрудиться, чтобы составить его слова в привычную для себя форму), потом воплощается в чём-то конкретном.

За два последних года в Кемерове происходят события, которые на первый взгляд никак не связаны между собой, но между ними есть прямая связь, общее, цельное — они светлые, интересные, свежие и живые. Живые потому, что привлекают много новых людей, объединяя их.

Творческий проект «Лучший» и Драмкружок театра «Встреча», вторая жизнь театра «Ложа», «Турнир четырех команд» с Клубами по месту жительства и многое другое. Общее у всех эти событий — Андрей Отинов.

Кто он? Объяснить сложно. За своим "Я" иногда и близких людей разглядеть трудно. А увидеть, и тем более понять другого человека, за суетой, за мутными стеклами, за личными проблемами иногда просто невозможно. Но мне повезло.

Часто мы жестко спорили (вернее, я спорила), иногда объявляли мораторий молчания, иногда я упрекала его в двуличности и склонности к провокациям, но со временем общение с Андреем научило меня слушать. Не пытаться доказывать свою «единственно верную» точку зрения, а слушать других и делать выводы, причем не сразу, а только когда слова облекаются в поступки и события. Это сложно, но очень помогает перекрыть внешние шумы и более глубоко смотреть на вещи.

В любом случае то, что Андрей Отинов явление редкое — факт. Эрудиция, логика, особое понимание мира, способность связывать на первый взгляд несовместимое в одно целое или разбивать целое на маленькие части и конструировать из этих частиц абсолютно новое — это если о нем коротко. В интервью немного подробнее.

— Андрей, какое у тебя образование?

— Я учился в сельхозинституте, и три лета подряд проходил практику в деревне: работал помощником агронома. Практика не была обязанностью. Я договорился со своим дядькой, сходили с ним к директору колхоза. Жуликоватый чувак такой, я так волновался, что не разрешит работать. Он разрешил. Я работал до 12 ночи, если не в полях, то с зерном. Это было круто с зерном работать. Мне очень нравилось.

И вот в 93 году работаю я, работаю и понимаю, что компьютеров в деревне как-то маловато. Скучно без компьютеров. А я ещё школьником очень ими увлекался. На занятиях школьных в КемТИПП ходили, там были компьютерные классы и нас учили работать с ПК. Преподаватель по информатике говорил, что я в программировании понимаю больше, чем он.

— А компьютер-то у тебя был?

— Был. «Спектрум». В те времена 15 тысяч стоил. Отец купил.

— И как так получилось, что при таком интересе к компьютерам ты выбрал сельскохозяйственный институт? Поступить было легче?

— Да! (смеётся). На самом деле в деревню-то я постоянно ездил к родственникам, да и городская цивилизация мне не нравится. В крестьянской цивилизации живешь. А в городе все странно. С детства плохо воспринимал город.

Однако колхозы в то время начали глобально разрушаться, и я решил вообще бросить институт. А как бросить институт, если ты хорошо учишься? Вот я и говорил родителям, что хожу сессию сдавать, а сам не ходил. И через какое-то время, родители хватились, а меня отчисляют. Как? Почему? Так он сессию не сдал. Родители кое-как уговорили меня окончить. А учиться я уже всё равно не хотел и от того активно занялся студенческой жизнью.

- По профсоюзной линии пошел?

- Ага. Стал председателем студсовета института. В планерках по понедельникам у ректора с деканами участвовал. Совещания разные в «больших домах на площади». Даже на видео кадры исторические записывал, которые по новостям шли, как мы с документами работаем (улыбается). Потом аспирантура, работа на кафедре: преподавал лесоводство, лекции читал. Я всегда боялся людей, и вот оно — преподаю.

Начал готовиться к кандидатской. Потом женился, двоих детей родили, зарплата 300 рублей. А родители, сестра — все на ГТС, в связи. И я тоже устраиваюсь в связь. Зарплата сразу до 3000 рублей выросла. Беру сумку рабочую, хожу сверлить, паять. То с ректором заседаешь, то паяешь. Интересно.

— Монтажником был?

— Начинал монтажником, чуть позже стал инженером. В командировки в другие города часто ездил. В трудовой книжке даже запись есть: «За выполнение особо важного задания наградить». А в 2003 году раздался телефонный звонок: «Здравствуйте, Кузбасская Мобильная Связь. Приходите на собеседование». Это был Теле-2. Пошел работать к ним инженером по базовым станциям. За три года изучил, как работает сотовая связь, имя сделал себе внутри компании. Всё прекрасно! Но… стало скучно работать с железом.

В это время очень много читал Владимира Тарасова, который говорил, что руководитель рождается с увольнением первого подчиненного. Вскоре я перешел работать к одному из крупных подрядчиков Теле-2 в Новосибирске и почти сразу уволил девушку-бухгалтера, которая не справлялась с работой. За три года работы в этой компании я уволил 50 человек.

— Это как-то оптимизировало работу?

— Конечно. Все становилось бодрее и бодрее. Никто не уволит человека, который работает так, как нужно. Увольняют людей, у которых есть нестыковки в процессе. Был случай, работал на этом предприятии парень, которому я помогал туда устраиваться, знал его родственников, постоянно защищал, если были претензии. Он работал около 4 лет, бегая монтером. Родился ребенок, они снимали общежитие. Было видно, что он уже ненавидит эту работу, а впереди никакого просвета. Конечно, это все отражалось на работе. Поговорили. Он: «Как? У меня общага, ребенок, жена. Куда я?» Я ему сказал: «Не хочу, чтобы ты мучился».

В итоге нашли выход, он ушел в отпуск, поискал варианты, а через два месяца уволился и был счастлив.

— Так и счастлив?

— Ну да. Он нашёл работу за те же деньги или чуть больше, сидел в офисе, с сумкой монтажника уже не бегал, кем-то руководил. Всё. Доволен. У человека часто не хватает смелости сделать такой шаг, и нужно на себя эту смелость взять — помочь ему этот шаг сделать.

— Слушай, но это достаточно редкая профессия. Это получается, что ты брал на себя функцию отдела кадров? Для этого нужно быть особо компетентным.

— Согласись, отделы кадров часто структура, отстраненная от основного процесса. Они занимаются документооборотом, в суть не вникают. А здесь маленькая организация, которую нужно было очень быстро оптимизировать. Я потом сам придумал себе должность — директор по операциям. Управление и оптимизация текущей деятельности.

Организовал себе четыре филиала и ими управлял. Но потом, когда 50 человек уволил, снова стало скучно… Уволился сам. Решил вернуться к компьютерам.

В Индии как раз купил книжку «Бизнес со скоростью мысли» и «Феномен Фейсбук». Остался в Новосибирске и прожил там около года. В Кемерово приезжал редко, а в соцсетях наблюдал, чем живут люди в городе.

— За кем наблюдал?

— За журналистами. Один из них в Инстаграм постоянно постил грустные картинки, мне было интересно почему. Другой на День радио позвонил мне по скайпу, спросил: «Ты в Новосибирске же живешь, а нас почему комментируешь и лайкаешь?». «Да вы же все прикольные, интересные, свои» — ответил ему. А я в то время активно читал московскую ленту: Минаев, Собчак, Попова, Пономарев. И это было круто и прикольно, но далеко и с жизнью не связано. Тут же все тоже интересно, но рядом.

В телевизоре я их видел, по радио слушал, а в ленте можно было почитать, посмотреть, чем эти люди живут, поговорить с ними. Тогда же заказчики стали как-то активно просить интересный дизайн для их сайтов. А мне многое было непонятно. Краски себе купил, книжки по искусству, стал в Кемерово приезжать и в музей ИЗО ходить.

Зафрендил заместителя директора по развитию музея Елену Митрофанову, спрашивал, что лучше посмотреть, как пройти через её приемную, — так и познакомились. Она еще и «Ночь в музее» делала. И это тоже было очень интересно, доказывало, что эти люди реальные, действительно существуют.

— Ага, а заместитель директора музея ИЗО в это время думала, что ты — маньяк.

— Ну да, сяду на площади перед театром драмы и со смартфона переписку веду (улыбается). Ну, вот и до сих пор переписываюсь.

— Слушай, а как так получилось, что со временем вокруг тебя в городе сосредоточилось очень много людей и событий?

— Тарасов говорит о том, что цивилизованный человек — не герой сказок. Он герой, но не сказок, потому что там все герои легендезированы. Иван Царевич, например, только хороший, а Кощей исключительно плохой. И только так. А человек — он разный, и нельзя говорить: эти плохие, а эти хорошие. Сегодня воюем, завтра чай вместе пьем.

Нужно находить точки соприкосновения с разными людьми.

— Для чего?

— Ну вот, например, Театр «Ложа». В 93 году мой одноклассник, очень культурный молодой человек, позвал сходить в этот театр. Я надел самый нарядный свой костюм — костюм «Адидас», и мы отправились. Гришковец меня не пустил. Долго убеждал накидочку какую-нибудь набросить, объяснял, что нельзя в этом в театр. В итоге не пустил. Но я пришел на «Мы плывем» на следующий день.

А когда в Кемерово вернулся из Новосибирска, нужно же было долгими зимними вечерами что-то делать. А то, что этот театр существует, я помнил. Через много лет снова пришел на спектакль, посмотрел. Увидел, что энергия есть, а зрителя нет. Некому этим кислородом дышать. И получается, что театр что-то создает, но на пять человек. А этого делать нельзя. Один раз сходил, два, три, в итоге понимаю — что-то не так. Предложил помощь.

Сергей Сергеевич Наседкин согласился со мной встретиться и поговорить. Я пришел на переговоры в театр в 10 утра. Он молча «Доширак» заварил, спросил меня: «Будешь?». Мы поели «Доширак» и только потом начали разговор.

— Чего пришел-то?

— Хочу помочь вам. Например, с соцсетями?

— Взамен чего хочешь?

— Ничего не хочу.

— Так. Стоп. Человек, который говорит, что не хочет ничего, хочет всё. Колись, что тебе от нас надо.

— Ну, может быть, что-то узнать нового от вас.

— Давай попробуем.

Тогда у театра не было рекламы, стали говорить о «Ложе» в соцсетях. И 150 человек собрали на майские спектакли. Потом «Встреча». Лариса Лапина и Сергей Сергеев делали фестиваль уличных театров. Посмотрел как это круто и не в Бразилии, а здесь, в Кемерове. Страничку театра «Встреча» в сетях создали, тоже стали говорить, показывать, что ребята делают.

— Слушай, ну ты гениальный чувак, на самом деле…

— Почему?

— Ну, потому что в бизнесе только за "послушать идею" берут 50%, а ты послушал здесь, там посмотрел, тут поговорил и взял со всех, скажем образно, по 10% и вложил их в себя. И сейчас я беру у тебя интервью. Кстати, как ты оказался в профессиональном театре?

— Меня пригласили пообщаться с Камраном Шахмарданом. Мы поговорили, и я очень много интересного от него узнал. А потом набрался сил и смелости и пришел к Григорию Львовичу Забавину. Предложил ему сделать что-нибудь про Театр для детей и молодежи в "Одноклассниках", потому что в "ВК" и Фейсбуке у них и без меня всё хорошо было.  Он это предложение принял.

— Соцсеть для тебя инструмент продвижения?

— Скорее обложка. И инструмент социализации. Я когда первый раз услышал термин «соцсеть», ничего не понял. Я знал, что такое сеть связи, а что такое соцсеть — не понимал. Social Network — это определение активности человека. Это не штука где котиков постят, не штука где люди зависают и теряют время, или маньяки сидят.

— Сидят, сидят…

— Они там сидят не от того, что они такие странные фрики и не умеют общаться с реальными людьми. Это не так по большому счету. В том же Фейсбуке нет нереальных людей, потому что те, кто прячется за никами и аватарками, в итоге отметаются, уходят из общения в сети. В реальном мире, чтобы социализироваться нужно встать, одеться, пойти в музей или в бар, попытаться как-то завязать общение с незнакомыми тебе людьми — это достаточно сложно, а соцсеть дает более легкую возможность быть частью общества. Нужно тебе общаться — общайся в сети, а потом это общение часто становится реальным.

Пришел как-то в «Кот да Винчи», а Ольга Васильева говорит: «О! Вы Андрей Отинов». Вот и познакомились, а общались до этого в сети. Это миф, наверное, что в баре можно познакомиться с девушкой.

— Ничего не миф! Много есть людей, с которыми я познакомилась в баре и общаюсь до сих пор (смеюсь). Но вот ты понимаешь эти возможности сетей, и активно используешь: количество твоих подписок очень обширно, ты владеешь английским. Остальные используют сеть более узко. Почему?

— Есть два метода управления, Тарасов про них говорит: гражданский и военный. Гражданский — когда взаимодействие происходит между личностями, военный построен на обмане, в том числе и своих солдат. Почему солдат одевают в форму? Люди в армии должны быть одинаковыми, так ими легче управлять. При военном методе управления личность не имеет значения. Он построен на вертикали.

И люди привыкли жить в таких пирамидальных системах. Для них пятница — святой день. Потому что в пятницу вечером тебя отпускают в увольнительную. А начальник воспринимается как царь и бог.

Поэтому и соцсеть странна и непонятна. Где здесь пирамида? Кто тут главный? Его нет. Все равны и ценны чем-то другим. Поэтому нужен иной, другой взгляд на то, что внутри. Настоящая социальность — это когда ты не воспринимаешь себя частью такой системы. Когда у тебя среда мало чем от пятницы отличается, или ты можешь активно работать в «выходные», например.

— Как ты считаешь, может ли человек отождествлять собой город? Мне вот кажется, ты себя так и представляешь, что город — это ты.

— Для меня, где я — там и дом. Когда жил в Новосибирске, я создал себе свой город Кемерово. Я создал в Фейсбуке страницу «Город Кемерово». Там город такой, каким я его хочу видеть, каким я его чувствую.

— Как ты думаешь, такое восприятие заразительно? Может ли каждый рисовать свою картинку мира?

— Это самое важное — рисовать свою картинку. Влад Цыплухин, один из топ-менеджеров "ВК", говорит, что люди делятся на три категории. Это работает и в реальном мире, не только в сети. На тех, кто создает тренды, транслирует тренды и потребляет их. Кто-то когда-то создал тренд «Москва-столица» — «Кемерово-провинция» и так далее. Тренды создаются постоянно. Например, конфликт Виктории Лопыревой со стюардессой — созданный тренд, и его активно транслируют.

Так и с городом, кто-то создал идею, что Кемерово — серый, скучный, провинциальный город. Может ли кто-то создать другую идею города? Может! Нужно постоянно создавать тренды, которые имеют ценность. Чтобы не транслировали пустое и депрессивное.

— Такая модель может быть сильнее вертикальной модели?

— Например, есть в репертуаре театра Драмы спектакль «Девичий источник», режиссер этого спектакля Олег Сергеевич Кухарев. А пьеса Олега Богаева. И там есть одна точная идея, что в России каждые 50 лет повторяется война.

Я сам играл в Warcraft. Я понимаю, о чем это. Там ты управляешь городом, который сам и создаешь. А параллельно создаются другие города, которые также усиливаются, как и твой город. Чтобы не усиливались, нужно приходить туда, разрушать, убивать крестьян, можно давать им возможность немножко шевелиться, но как только они начинают создавать библиотеки, театры, как только начинают развиваться, нужно разрушать. Пусть они продолжат в земле ковыряться. И Богаев в пьесе говорит: «Что вы так цепляетесь за жизнь?».

В 45-м — приходили, убивали, в 14 -м  приходили, убивали, в Крымскую войну — приходили, убивали, в 1812 приходили убивать и цивилизовывать. Каждые 50 лет кто-то приходит и доводит нас до уровня крестьян. 45-й год, потом 90-е. Заводы разрушены, молодые мужчины выкошены, ничего не создается. До сегодняшнего дня шло накопление, а сейчас… Цель снова видно.

Есть некие тренды, которые транслируются, и возникает вопрос, какие из трендов окажутся сильнее. Потому что количество ресурсов для поддержания трендов сейчас очень слабо. У Тарасова есть точные мысли про ресурсы. Он говорит, что не надо ходить по рынку и показывать кошелек. Потому что когда ты показываешь кошелек, ты показываешь свои возможности. Когда ты показываешь свои возможности, находятся люди, которые захотят ими воспользоваться. У тебя есть деньги, ну и чего ты их носишь? Дай-ка нам, нам тоже нужны. Не надо показывать кошелек, давать интервью…

— Но мне кажется, что ты никогда не скрывал ни своих знаний, ни источников своих знаний.

— Байку расскажу. Один полководец приплыл на обезьяний остров. И обезьяны увидели, что приплыли чужаки и спрятались. А одна, самая ловкая, выбежала и начала кривляться. Полководец говорит: «О, какая ловкая обезьяна. Выстрели в неё лучник». Тот выстрелил, ловкая обезьяна поймала стрелу и продолжила танцевать. Второй раз выстрелили, она поймала стрелу другой лапой и опять за своё. Третий раз она поймала стрелу ногой. «Смотрите, какая способная обезьяна, очень способная. Давайте-ка сто лучников!» — приказал Полководец. Убили.

Полководец спрашивает у своего подчиненного: «Ты понял?» Тот: «Да». «Что ты понял?». «Надо быть скромнее». Не показывай свои возможности. Вот решила показать — получи. А ты мне, Лена, говоришь: "Ты не скрываешь".

— Я про то, что делиться своими знаниями – это хорошо.

— Тогда это про Гумилева. Мы рождаемся, какие-то школы заканчиваем, институты, родители транслируют нам картинку этого мира, а когда мы становимся взрослыми, мы начинаем книги искать, чтобы разобраться, как в этом мире существовать.

У Льва Николаевича Гумилева есть теория этногенеза. О пассионарных народах. Есть пассионарии и субпассионарии. Пассионарии — герои, которые живут для народа, для его блага. Субпассионарии растаскивают энергию народа, народ гибнет, а потом субпассионарии начинают пилить его лодку на куски и могут прожить ещё несколько поколений. Только народа уже нет. Мне эта теория очень близка и понятна.

— Слушай, вот у тебя так меняются интересы. Сначала зерно кидал, потом были компьютеры, потом — связь, потом снова — компьютеры, соцсети, театр, спорт. А не захочется ли тебе снова покидать зерно?

— Покидать-то можно. Но сейчас я это воспринимаю, как уйти в монастырь. У меня это было в Новосибирске, после увольнения. Я жил как в монастыре. Утром вставал, бежал 10 километров, потом уходил в парк и смотрел, как садится солнце. Я мог днями ни с кем не разговаривать. Я, не переставая, два месяца слушал 41 симфонию Моцарта. Утром, днем, вечером, ночью. Она была закольцована на моем проигрывателе. Моцарт был бесконечен. И Тарасов. И так целый год. Сознательно. На хлебе и воде, с детьми – по скайпу. А потом решил: «Хватит».

Мне и сейчас хочется в монастырь. Чтобы день, ночь, тишина и никого. Но сейчас уходить в монастырь нельзя. Это не про то, что нужно спасать мир. Просто сейчас столько изменений происходит, не время уходить. Хочется в этом участвовать. Медицины хорошей хочется. Театр есть. Спорт есть. Медицины бы. Чтобы к доктору ходить и свой организм поддерживать. А с врачами беда.

— Тебе не кажется, что врачи часто сами в этом виноваты?

— Ну да, но это как с театром. Зритель говорил: «Не хочу идти к вам, мне скучно». Артисты говорили: «Да вы все дураки, вы просто ничего не понимаете». Это, знаешь, кто к кому пойдет первым. Так и с врачами нужно. Пойти к ним. Для всех хорошо: и для больных — здоровья будет больше, и для врачей — уровень свой повышать. Надо искать хорошее, твердое. И расширять его потом.

— У тебя двое детей — Алина и Илья. Расскажи про них.

— Дети ходили в частный садик, на который уходило 20% бюджета семьи. Потом частная школа была. Алина училась до четвертого класса, Илья — до второго. А потом в обычную школу ушли. Сильно перегружали мы их, наверное.

Алине трудно обычная школа далась. Не получалось у нее найти общий язык с одноклассниками. Я объяснял, что не нужно переводиться. Что нужно найти пути взаимодействия или борьбы. Уйдешь сейчас, потом придешь на предприятие — а там они сидят, бывшие твои одноклассники. Чего делать-то будешь? Решили к психологу очень хорошему пойти. Пошли. Через час психолог чуть ли не плачет: «Что вы с ребенком делаете! Ей перевестись нужно!»

Вышли, я говорю: «Алина, не надо так с психологами». Алина улыбается. Правда, сейчас Алина перевелась всё-таки в другую школу.

Илье 14 лет. Программирует, собакой занимается. Он меня учит другому восприятию реальности. Она у него своя. Часто обсуждаем с ним фильмы. Если он узнает, что я не видел фильм, который ему нравится, у меня нет выбора — я его посмотрю.

— Знаю, что для тебя новый год наступает в сентябре. Почему?

— Потому что для меня всё важное выстраивается именно к сентябрю. Может быть, школьная привычка. Но, например, в августе часто происходят какие-то знаковые события. А с сентября наступает некое обновление.

Я вообще никогда не понимал и не понимаю Новый год. Что все радуются? Чего ожидают нового? Например, сегодня — зима и понедельник, а завтра — вторник и та же зима. Непонятно…

А осенью, в сентябре, мы ездим с друзьями в места, где можно смотреть на звезды, свету которых не мешает отблеск электричества, слушать степь, смотреть на воду. Настоящий Новый год. Может быть, в Шумере он был именно таким? Кто же точно может это знать…Шумер давно уже нет на свете.

05 ноября 2014
2912
10

Расскажи подругам

Читайте также

Читай самое вкусное

Комментарии

No Avatar
Спасибо за интервью! Очень интересный человек Андрей. Рада, что знакома с ним лично)))
No Avatar
С большим удовольствием прочитала! для меня Андрей открылся с новой для меня стороны...
No Avatar
Леночка, молодец! По существу раскрыла человека. Эдакий неваляшка, нигде не будет валяться везде найдет смысл для себя.
No Avatar
Не текст, а сгусток нарцисизма и пафоса. Первый раз вижу такую неприкрытую бездарность автора и пустоту и никчемность персонажа, приправленную вылизыванием непонятного "героя".
Отинов берется за все, а на деле... где достижения и что-то действительно полезное и нужное? Ощущение противное, словно вляпалась во что-то мерзкое и невкусно пахнущее, залитое дешевыми китайскими духами.
No Avatar
Пойдите - помойтесьWellГлавное, не нервничайтеWell
No Avatar
Разбила милая Диана
Свои китайские духи.
Не вынуть ей из липкой каши
Ноги.
No Avatar
Не знаю, будет ли это комплиментом "Птице", но она заняла достойное место среди кемеровских журналов наподобие "Дорогого удовольствия" или "Авторского проекта".
Нам плевать на то, что вы бездарность. Нам плевать на то, что вас никто не знает. Дайте денег - и мы напишем про вас офигительную статью.
No Avatar

Green Bug

Нам плевать на то, что вы бездарность. Нам плевать на то, что вас никто не знает. Дайте денег - и мы напишем про вас офигительную статью.

С чего вы взяли, что это заказуха?) На "Птице" нет ни одного материала, где бы про человека говорили плохо. Получается, все материалы проплачены? Все куплено? Вот же ж беда-то какая!
No Avatar
"Организовал себе четыре филиала и ими управлял. Но потом, когда 50 человек уволил, снова стало скучно… "
 
50 человек, 50 судеб. А ему скучно. Мне одному кажется, что он м.дак?
No Avatar
комментарии доставляют. Well))
неужели кто-то питал иллюзии по поводу электронного "глянца"?
это как покупать "Спид-инфо" и осуждать бездуховность.
 
У них тут статьи про вред молока, "открытый" швейцарскими учеными и про китайскую шлюху-путешественницу.

Скажи, что ты думаешь

Сейчас обсуждают

Давайте дружить