Вход
Клик - клик! Сообщение!
Сорока
Я трижды вырастил себя

Я трижды вырастил себя

Мужчины

О мужественности, цельности, верности и предначертанном

Фотографии Георгия Шишкина, из личного архива семьи Кутиных 

В 40 лет Сергей Кутин первый раз в жизни полетел на самолете, сел на мотоцикл, заговорил по-английски и увидел море.  Сергей — парикмахер, отец троих дочерей, которых он вырастил один.

Часто к сорокалетнему возрасту люди утверждаются в стереотипах о том, как они должны выглядеть, чего достичь и как планировать. Многие к этому времени привыкли жить спокойно и «по накатанной». Сергей другой. Он — искатель и творец. Являясь зрелой и цельной личностью, он не потерял в себе способности оставаться ребенком. Жить в узких рамках ему не интересно. В нём есть то важное, на что нанизываются мечты, поиски, размышления о надёжности, спокойной мужественности, верности своему делу и своим детям.

Об этом мы и поговорили, встретившись в Комсомольском парке, где, по словам Сергея Кутина, есть воздух, а значит — будет легко общаться.

 

О деле 

 

— Сергей, расскажи про твою профессию.

— Я — парикмахер, но мне больше нравится понятие цирюльник. Стригу людей лет 25, из них работаю парикмахером — 20. Интересно мне было многое, но из всех моих увлечений основным делом стало именно это.

— А какие были интересы?

— Разные. Мне всегда хотелось приобрести профессию, которая позволила бы заниматься творчеством, создавать, общаться, помогать людям, делать что-то красивое, видеть красивых людей — достаточно много смыслов, из которых сложилось дело всей моей жизни.

А стриг я всегда, даже работая сторожем, грузчиком, строителем, столяром, пожарным, пекарем, продавцом,  директором клуба, диджеем, учителем рисования и танцев, семейным психологом, массажистом. И ещё делал вышивки для одного бутика... И сам шил одежду своим детям.

— А профессии парикмахера учился где-то?

— Нет, это умение просто жило у меня в руках всегда. Уезжал в Нижний Новгород и там думал, может быть, пойти куда-нибудь поучиться. Как раз были 90-е годы — парикмахерское искусство оживало, уходила из него серость и люди, которые им занимались, активно стали обучаться. Краткосрочные курсы я не хотел проходить, хотел чего-то серьёзного.

Была в этом городе международная школа, но для меня она оказалась дорогой. Обучающие классы там проводили специалисты очень высокого уровня, в том числе и иностранные. Но мне разрешили приходить на семинары как слушателю, и иногда даже удавалось поговорить с педагогическим составом.

— Ты мастер-универсал?

— Да. Единственное, что я так и не научился делать, так это работу, связанную с мелкой моторикой: например, плести мелкие косички, выполнять тонкое мелирование. И еще хотелось бы более глубоко понимать окрашивание.

Иногда думаю, как было бы  хорошо, если бы клиентов можно было красить акварелью или гуашью. Для меня, как художника, это было бы более естественно. Палитра — цвета — результат. А краски, которыми пользуются для окрашивания волос, я так до конца и не понимаю: как они устроены, из каких химических компонентов сложены. По-настоящему я люблю конструировать.

— А какие тенденции и изменения в запросах клиентов ты видишь сейчас?

— Сейчас гораздо меньше стали делать сложных причесок к праздникам и тожествам.  Никаких сложных конструкций на головах и наворотов людям не нужно. Всё стало проще, невесомее и женственнее. Мне это нравится.

— Ты говоришь — конструировать. Ты имеешь в виду прическу или стрижку?

— Стрижку. Я очень люблю продумывать «архитектуру головы» клиента. Мужчине проще работать в этом смысле, чем женщине. Мужчина создает монолит крупными формами. В женских работах — много мелочей. Я заметил, что даже на конкурсах мужские работы хорошо видно со сцены, а женские — не всегда.

— Что для тебя особенно важно в твоем деле?

— Работа в Нижнем Новгороде дала мне хороший опыт. У меня в то время много было иностранных клиенток — не очень, прямо скажем, красивых женщин, но стремящихся что-то с собой сделать. И наших — красивых от природы, но таких «забеганных».

И я решил: буду вытаскивать наших из «серомышести». До сих пор во мне это осталось: я буду пилить человека, чтобы вытащить его «настоящего» из той коробочки, в которой он прячется. Мне кажется, что это очень важно — достать настоящее. Я и сам прятался какое-то время. Себя мне тоже пришлось доставать.

— Сложно вынимать людей из их коробочек?

— По-разному. Чтобы результат был вдохновляющим, нужно обсуждать с мастером, что ты хочешь. Проговорить все моменты. Бывают, конечно, клиенты, которые говорят: «Сделайте со мной что-нибудь, я собой не доволен, а что изменить — не знаю». И тогда на тебе большая ответственность, чтобы не разочаровать человека, не подвести его доверия к тебе.

— Часто ли менял место работы?

— Я верен салону, в котором работаю уже давно. Здесь я могу полностью проявлять себя. Коллектив женский и сложный, конечно, но мне не привыкать — у мамы было три сестры, у меня — три дочери (улыбается).

 

О Юле, Лизе и Насте

 

— Ты один вырастили трёх девчонок. Сколько им сейчас? Давно вы вчетвером?

— Юле — 21 год, Лизе — 18, Насте — 16. Вчетвером мы 14 лет. Многие почему-то восхищаются, говорят про какие-то памятники мне как отцу. А меня это удивляет. Почему памятник? Если бы я взял детей из детдома, я бы, наверное, сам себе его поставил. Это гораздо сложнее — вытащить из детского дома и воспитать не своих детей, как своих. А это мои дети, они — часть меня. Я, можно сказать, сам себя вырастил. Они разные, но это я, только в разобранном виде.

— Сложности были?

— Ну конечно. Как у всех. Они, когда росли, общались со мной больше не как с родителем, а как с другом. А когда дети становятся подростками, им интереснее общение с друзьями, хочется больше самостоятельности, возникает какой-то протест против родительского воспитания. И у моих девочек так было.

Сначала меня это немножко напрягало, я даже обижался. Но потом понял, что это естественно, и успокоился.

— Как вы остались вчетвером?

— Так получилось, что мы просто собрались и уехали из Нижнего Новгорода через пять лет проживания в нем. Я и девочки.

— А почему мама не поехала?

— Здесь всё стандартно. Слабости человеческие. Страсть к алкоголю. Отсюда другие страсти, которые обычно сопровождают любящих выпить людей.

— Она в порядке сейчас?

— Я точно не знаю, но была информация, что ничего не изменилось. Всё было прописано изначально на моем пути. Мама меня тоже воспитывала одна. Очень много работала. И когда мне было лет 10, подарила мне книжку «Для вас девочки, девушки». По ней я научился шить, готовить себе еду, стирать, узнал многое про женщин. Как бы заранее подготовился к тому, чтобы понимать своих детей.

Девочки выросли девочками, но с таким хорошим мужским основанием. С характерецом ...(улыбается) Но они гораздо мягче меня. Я — жёсткий человек. 

Младшая сейчас подросток. Грубоватая пока, резкая — любит поскандалить. А я смотрю и думаю: «Да не, нормально всё, она до меня в этом смысле даже до трети не дотягивает (улыбается).

 

— А ты тоже любишь поскандалить?

— Я в детском саду ещё более-менее терпимый был, а в школе, например, мог кинуться на учителя в драку за то, что он незаслуженно обидел моего одноклассника.

— Драчун?

— Нет. Просто драться мне не нравилось. Только за правду, за честность. Такой, знаете, Зорро был. Школу я не окончил нормально, институт вообще не окончил. За черту эту свою. За острый язык. За принципиальность.

— А что твоим детям особенно нравится, чем увлекаются?

— Я вот очень любил музыку, она и сейчас — мой наркотик. Мне иногда просто необходимо послушать живую музыку! В «Харатс», например, хожу не для того, чтобы выпить пива, а чтобы послушать живое выступление. Музыкантов много и среди моих клиентов. И все три мои дочери поют.

Настя обладает почти оперным, очень высоким голосом. Если она начинает кричать, то кажется, что бокалы полопаются.

Юля, старшая, поёт в «Буфере» и «Харатсе». Её парень — музыкант.

Лиза пела в музыкальной группе, когда училась в первом-втором классе. Репертуар включал в себя песни Земфиры, Аврил Лавин, группы «Маша и медведи». Сейчас она учится на архитектора.

— Кто-нибудь из них хочет стать цирюльником?

— Старшая дочь у меня выучилась на парикмахера. Не могу сказать точно, пойдёт ли она в этой профессии дальше. Настенька  умеет плести косы и чёлку стричь. У неё ручки к этому приспособлены. Сейчас вот размышляем, куда ей пойти учиться.

— И что думаешь?

— Я предложил ей пойти учиться на портного. Потому что у неё талант: раскроить, сшить что-то интересное, из обрезанных джинсов придумать и сконструировать юбку или мне джинсы подогнать так, как нужно.

Юля, её старшая сестра, оперируя тем, что повара сейчас неплохо получают, предлагает учиться на повара. И Настя решает: всё, буду поваром. Есть в ней такое, когда она как бы отталкивается от обратного. Я — учись шить, и она тут же решает — повар! Говорю ей: «Настя, ты не повар! Ты суп варила же в прошлый раз под мою диктовку». И всё...

После этой фразы каждый день в доме пекутся блинчики, оладушки. Настя доказывает мне, что она — повар! Вот и сегодня завтрак приготовила и смотрит на мою реакцию с улыбочкой: «Ну и как?»

Мы, конечно, подумаем над этим вопросом серьезно, но я считаю, что не обязательно иметь одну профессию. Можно владеть многими. Это интересно. Мне самому было бы скучно всегда заниматься только одним.

Я и сейчас хочу и тату делать, уже понапокупал себе машинок, и к рисованию опять вернуться, и книг читать больше. Но время ... Всё думаю, где его взять.

 

Об острове, переменах и кошке

 

 — У меня за 20 лет работы ни разу не было отпуска. Максимум 2-3 дня — на рыбалку съездить с друзьями. Даже недели не получалось свободной за всё это время. Я никогда не летал на самолетах, не ездил на мотоцикле, не разговаривал с людьми на английском, никогда не видел моря.

Как-то так получилось, что один мой друг, который шесть лет уже живет в Тае, допилил меня, что нужно мне туда поехать. Я собрался и поехал. Извёлся, конечно, ещё до отъезда, как я девчонок оставлю и совсем их видеть не буду. Но они мне сами сказала: «Папа, едь!»

Терроризировал их ещё какое-то время, звонил по три раза в день. Никак не мог оторваться. Пока они меня не отшили: «Слушай, ты отдыхать поехал? Будь добр, отдыхай! А то мы телефоны свои поотключаем».

Научился абстрагироваться где-то на второй неделе. И картинка реальности постепенно поменялась. Понимание какое-то появилось, что Таиланд — тоже не случайно.

Ребенком во сне видел тропики с дождем — я увидел их там. В подростковом возрасте была фантазия познакомиться с девушкой, которая не знает языка. Просто познакомиться с ней и постараться найти общий язык — познакомился. Очень мне нравились в фильме про Кин-Конга горы, покрытые тропическими растениями, — и их я там увидел.

В итоге, через две недели после возвращения из этой поездки, я отправился обратно. Теперь уже не в Паттайю, а на Самуи. Вместе с младшей дочерью. Работал там и отдыхал. Насте не понравился климат, ей хотелось обратно. Пришлось вернуться... Пока вернуться...

— А у тебя всё было там хорошо с работой, деньгами?

— Замечательно было. Русские парикмахеры там на вес золота. И с уровнем жизни всё иначе, чем здесь. На 25 000 русских рублей там можно жить вполне комфортно.

Необыкновенное состояние возникает на острове. Наши называют его тропикозом. Это состояние, когда у тебя картины в голове, музыка в ушах и абсолютное спокойствие. Оно прекрасно, но наша русская лень в этих условиях увеличивается в разы — ты просто начинаешь витать в облаках. Поэтому русская диаспора стала придумывать способы, которые помогают это состояние изменить: играть в спортивные игры, вместе кататься на великах и так далее.

Русских на Самуи очень много, особенно — сибиряков. Встретил там девушку-визажиста из Новокузнецка и фотографа из Топок.

— Чем тебя так зацепило это место?

— У меня там такое детство включилось! Как от реальности отрывался. Мне хотелось все потрогать, посмотреть, дышать бесконечно этим воздухом. Для меня это основные способы познания мира — музыка, тактильные ощущения, запахи. И мне очень не хватает этого здесь.

На острове я ходил медленнее, думал спокойнее. Время текло, как кисель. Мы же чаще бегаем, а не ходим, согласитесь. Вот мы сейчас в парке и люди здесь гуляют. А выйдем к проспекту — там уже совсем другой темп.

Я не хочу взрослеть. Хотя часто слышу укоры в свой адрес, что пора бы стать взрослее.

— Укоры в чём?

— Многим нужно, чтобы я носил другую одежду, чтобы женщина рядом со мной была моего возраста, чтобы у меня был багаж из материальных накоплений. И никак иначе. А мне хочется совсем другого.

— Что-то ещё изменилось в тебе?

— Да, многое. Перемены они, конечно, не наступают в раз. Постепенно происходят. Но каждая влечёт за собой следующую. Потом все они складываются в нового тебя.

Я не пью больше в том количестве, как мог себе это позволить раньше. Мне это совсем не интересно. Не курю.

Долго жил в режиме, когда днем работаешь в салоне, ночью — диджеем. Алкоголь, энергетики, сигареты, народ, шум, плохой звук. Повредил слух, мотор стал уже не тот. Почувствовал, что я почти на пределе. И бросил всё это. Оставил только салон.

Появился другой режим дня. К пище стал относиться иначе. Питаемся с девчонками более правильно, легче. Юля у меня худенькая и невысокая. Мама моя говорит: «Серёж, что-то вы совсем правильно питаетесь. Смотри, на Юле уже вещи болтаются». И точно! Сейчас её докармливаю потихоньку (улыбается).

— А что ещё ты любишь в  жизни, кроме дела, детей и острова?

— Велосипед свой люблю, на котором катаюсь уже семь лет. Спасибо ему. Он меня отлично поддерживает: мой тонус, моё внутреннее и внешнее состояние.

Кошку Полину свою очень люблю. Она особенная. Не мягкая игрушка, с которой можно делать всё, что хочешь. Я просто завёл себе ещё одну королеву.

Девочки её обожают, даже старшая, которая в принципе не любит кошек. Полина очень самодостаточная. Знаешь, тот случай, когда: «Я пять минут полежу тут с тобой рядом, успеешь погладить — погладь».

Может разбудить утром. Не потому что хочется поесть, а потому что: «Я проснулась и мне скучно. Поднимись!»

— Думаешь потом всё-таки поедешь жить в Тай?

— Возможно. Понял, что я не хочу в старости сидеть перед телевизором у себя дома в России и собирать болячки. Хочу путешествовать, смотреть мир, быть в хорошей физической и психической форме. Хочу радоваться жизни.

 

P.S. После того как был отключен диктофон, мы ещё долго говорили о простых и сложных вещах. И, знаете, сильному мужчине иногда совсем не просто. Сергей тот мужчина, который кроме всех сбывшихся в его жизни желаний, искренне мечтает испытать любовь, романтику и даже немного сумасшествия. От одиночества устаёшь...

15 июля 2014
4250
4

Расскажи подругам

Читайте также

Читай самое вкусное

Комментарии

No Avatar
Личность. Интересная, сильная и неординарная. Приятно знать, что не перевились ещё такие отцы! Счастья Сергею!
No Avatar
В каком салоне работает герой?
No Avatar
современный такой, европейский мужик)))
ytp

glasscutter
В каком салоне работает герой?

Салон на Пионерском-Ленина

Скажи, что ты думаешь

Сейчас обсуждают

Давайте дружить