Вход
Клик - клик! Сообщение!
Сорока
Любимый Начальник

Любимый Начальник

Мужчины

Владимир Гулик о необходимости быть личностью

Фотографии Георгия Шишкина, Владимира Гулика

 «Почти все люди в городе Кемерово, которые сейчас работают фотографами в газетах или операторами на телевидении, прошли через наш фотокружок. Все знают Начальника», — пишет Евгений Гришковец в одной из своих книг.

Владимир Лаврентьевич выговаривать трудно, поэтому изобретательные ученики называют его «Начальник». А учеников у него великое множество.

37 лет Владимир Гулик работает руководителем фотостудии «Время» в Областном центре детского (юношеского) технического творчества и 30 лет преподает на кафедре фотовидеотворчества в КемГУКИ.

 

 

О работе

 

— Поедешь в колхоз?

— Не поеду. У меня обстоятельства.

— А кого мы пошлем? Там требуют мужика.

— Ну ты и едь, ты ведь ни фига не делаешь!

— Как?! Я начальник! Да я тебя выгоню!

— Да я сам уйду!

Этот случайный разговор с начальником оказался решающим в моей судьбе. 1978 год. У меня была готова диссертация, я работал старшим научным сотрудником в ВостНИИ (научный центр по безопасности работ в горной промышленности — прим. авт.) — оформлял разрешения для Копейского машзавода на применение машин в шахте. Без этого разрешения ни одну машину в шахту нельзя было спустить, а это приносило большие деньги. Работа была серьезная и интересная. Я побывал на всех Воркутинских шахтах, и в Кемеровской области я почти во все шахты спускался.

И вот, возвращаюсь я после этого скоропалительного разговора домой. Встречаю по дороге приятеля Славу Цыгоняк. Он говорит: «Что ты так переживаешь? Вот мы напротив дома стоим, а там у меня друг-директор станции юных техников. Ты же прекрасно снимаешь, а ему нужен руководитель фотостудии».

Так я стал руководителем фотостудии в один день. Ну а потом я Владимира Юдина (заведующий кафедрой фотовидеотворчества в те годы) приглашал в качестве председателя жюри на наши областные конкурсы.

Началось веяние, чтобы образование было по специальности. Я говорю: «Володь, принимай меня в качестве студента». Он спрашивает: «Ты хочешь в совершенстве научиться фотографии или получить диплом?» Я: «Конечно, научиться». Он: «Тогда иди преподавать». Это было 30 лет назад.

 

О фотостудии

 

Когда я пришел на станцию юных техников, мне сразу дали две ставки — 7 групп, 105 человек. А реально их было ещё больше. Тогда не было таких проблем с наполняемостью как сейчас , потому что ребятишкам некуда было деться. Приходили учиться в основном технике.

 

Если сейчас у меня одни девчонки в студии, то раньше одни пацаны были

 

Девочки приходили, но такие… симпатичные, которые хотели самоутвердиться в мужской аудитории.

Мы достаточно быстро засветились на российском, всесоюзном, а потом и на международном уровне. Любой конкурс даже российского масштаба требует, по крайней мере, отказаться от личной жизни хотя бы на месяц, чтобы это имело успех потом. Поэтому мы в 2005 году взяли гран-при на международном конкурсе. Но мне хочется сейчас рассказать не об этом.

В 1987 году на детскую советскую фотографию вышла моя коллега из Америки — Диана Роз. Есть певица — Даяна Роз, а это Диана Роз. И мне пришла телеграмма, что нужно послать детские фотографии для того, чтобы их потом показали в шести национальных галереях Америки и в пятидесяти учебных заведениях. То есть это была такая большая акция.

Эта Диана Роз приехала в Советский Союз и ей было скучно, и делать ей было нечего. Как раз на ВДНХ демонстрировалась большая выставка, на которой даже первая концептуальная фотография взрослая была. И отдельно детская выставка: 150 фотографий, в том числе и от нашей студии пять фотографий: Димки Ярощука (ныне известный в Кемерове фотограф) и Юры Юрьева (ныне преподаватель кафедры фотовидеотворчества КемГУКИ).

Диана посмотрела и обалдела. И предложила вот эту самую акцию: собрать 100 детских фотографий с Советского Союза. Я взял папку фотографий нашей студии и повез в Москву.

Как-то вечером звонят с КГБ и говорят: «Вы больше не встречайтесь с Дианой Роз, без нашей санкции». Но мы все-таки успели поговорить. Она меня спросила: «А сколько человек у вас в студии?». Мне неудобно говорить, что у меня 105 учеников. Соврал, что у меня девять человек в студии. Она говорит: «Как вы справляетесь? У меня пятеро и я не знаю, что с ними делать». Знала бы она, сколько у меня на самом деле!

 

Об учениках

 

Приход детей в студию и мотивация "тогда" и "сейчас" — принципиально разные. Если раньше приходили освоить технологию (действительно, аналоговые технологии сложны), то сейчас девчонки целенаправленно приходят за художественной составляющей. Никакого академического образования в привычном понимании у нас нет, а всё на примере собственных фотографий.

 

 

О фотографии

 

Хотя я и технарь по образованию, я сейчас совершенно равнодушен к технике. Конечно, желательно иметь хороший фотоаппарат, но это только средство для воплощения твоих замыслов, если они у тебя есть.

Как ни странно, фотография предполагает наличие замысла. Но это не конкретно картинки как у художника, а это некие визуальные идеи. Поэтому, я думаю, самое главное даже в высшем образовании, а в накапливании художественного визуального опыта. Это не просто смотреть картинки, как на гастрономические блюда, — нравится, не нравится. Меня всегда от этого коробит.

Я показываю студентам работы великих фотографов и пытаюсь объяснить им то, что я понял в этих работах. Как ни странно, самое лучшее в моём педагогическом опыте я черпаю из телеканала «Культура», хотя большинство передач не касаются никаким боком ни педагогики, ни тем более фотографии.

Главное, что должен сделать вуз, так это привить художественный вкус. А ремесло постигается в процессе художественной практики после окончания. Я понял, что это совершенно справедливая мысль.

 

Мне хочется, чтобы студенты не технологии усвоили,

а выработали собственное отношение к художественной фотографии

 

Пусть оно будет неправильным, но чтобы выработали собственное отношение.

      

 

О книгах и фильмах

 

Я такой приём придумал, чтобы на первой лекции самому не работать. Я спрашиваю у студентов: «Вы попадаете на необитаемый остров. Какую книгу и фильм вы возьмете с собой?». Естественно, предлагая такие обстоятельства, я и сам перед собой ставил такой вопрос. Вначале я ограничивался какой-то одной книгой и одним фильмом, а потом понял, что я не могу себя ограничить. Начну с кинематографа.

Есть фильмы, которые с гастрономическим подходом мне безумно нравятся. Это Федерико Феллини «Амаркорд». Это то, что называют настоящим кинематографом. Такой многослойный и именно художественный фильм. Второй фильм из серии тех фильмов, которые я уже смотрел не менее 20 раз, и когда плохо на душе. Это «Сталкер» Тарковского. Не «Зеркло» и не «Ностальгия»!

Мне, кстати, «Жертвоприношение» гораздо больше «Ностальгии» нравится. Вообще, я очень не люблю в кинематографе постановку литературных произведений, но здесь от боевичка Стругацких «Пикник на обочине» ничего не осталось. Здесь осталось философское произведение, но на динамичной основе.

Как ни странно, я себе не могу объяснить, что я в этом нахожу, но это, безусловно, Джим Джармуш — «Пес-призрак: Путь самурая». Опять-таки какая глубочайшая философия! А из книг…здесь очень трудно.

Раньше я определённо называл «Мастер и Маргарита», когда она была запрещена. Сейчас мне ближе поэзия как ни странно. Ни Пушкина, ни Бродского, а Давида Самойлова.

«Вот и всё. Смежили очи гении.

И когда померкли небеса,

Словно в опустевшем помещении

Стали слышны наши голоса.

Тянем, тянем слово залежалое,

Говорим и вяло и темно.

Как нас чествуют и как нас жалуют!

Нету их. И всё разрешено».

Это глубочайшая лирика. Где-то почти на таком же уровне – Арсений Тарковский, ещё мне очень близок Юрий Левитанский - «Жизнь моя кинематограф».

Из фотографов мне интересен Юджин Смитт. Я считал его жестким фотографом-публицистом, а он оказывается лирик и большой интеллектуал. О нём же Картье Брессон сказал, что Юджин Смитт эквивалентен музыке Шопена и в то же время Бетховену. Шопен очень лирический, а Бетховен из-за своей глухоты был местами энергичный.

Мне подарили книгу Томаса Хилла, в которой около 20-ти интервью с великими фотографами. Книга страниц на 400 — и всё довольно ёмкие интервью. Интересна судьба этого человека и его взаимоотношения как раз с историей и музыкой. Когда ему было 10 лет, он получил серьёзную травму и около года лежал в постели. За это время он прочёл 15 томов Всемирной истории.

Потом он очень любил и знал музыку. У Альфреда Стиглица есть цикл «Идентификация облаков и музыки». Цикл из 12-ти фотографий «Эквивалент». Ставится знак равенства между музыкальным произведением и определённым видом облаков. Я считаю, что фотографа без поэзии, без музыки, без литературы быть не может. Даже потребности в живописи я вижу меньше. Сейчас мне интересно взаимоотношение фотографии именно с поэзией и музыкой.

 

О природе

 

Начнём с того, что природа – это образец художественного творчества создателя. Пребывание на природе облагораживает человека. Для меня природа — это суровая необходимость, для того чтобы избавиться от суеты. Я в своём преклонном возрасте почти уже ничего не боюсь. Даже смерти, хотя жить ещё хочется. Боюсь одного – однажды вдруг стать суетливым.

 

Когда начинает рвать суета,

я имею мужество всё бросить и уехать куда-нибудь

 

Есть такая великолепная река в Донецкой области — Северский Донец. У нас были в школе классные педагоги, они, кстати, были рыбаками и туристами по совместительству. Я был тогда в пятом классе, Иван Иванович — чертёжник и муж нашей биологички — организовал нам грузовик- внедорожник. Мы проезжали такие места, куда рыбаки не добираются… И вот, наверное, с этого пятого класса мне надо отсчитывать любовь к природе.

 А потом было всё. Больше десятка лет занятий альпинизмом. Я на Эльбрусе был трижды. Дважды сам восходил, а один раз на восточные вершины — уже как руководитель восхождения. Когда сюда переехал и был обременен семьёй, мы с другом путешествовали по Кавказу, по малонаселенным местам. Я считаю, что без природы трудно.

Это я сейчас понимаю с высоты возраста, для меня это всегда был способ успокоиться. Вы думаете об охоте и рыбалке, о всяком разном, высоком…. Ничего подобного. Просто, вот как-то растворяешься в природе и ни о чём не думаешь. Это, кроме всего прочего, несёт громадную психологическую разгрузку.

 

Природа — это способ сохранения души, способ сохранения от такой болезни как "суета и психологическая усталость"

 

О детях

 

Мои три доченьки, так или иначе, занимались у меня в студии. Жена снимает только хроникальную, семейную фотографию. Туристка она тоже знатная — кандидат в мастера спорта в байдарочном спорте. И она познакомила меня со всей этой туристической братией.

Что касается младшенькой моей девочки, она первый свой поход совершила в 11 месяцев. Как сейчас помню, я нёс 40-килограммовый рюкзак и на руках Леночку.

 

О главном

 

Я чувствую некую меру ответственности перед талантом педагогическим, которым меня наградил Бог. Я понимаю, что, как педагог в привычном академическом плане, я — никакой.

 

Надеюсь, что я самое главное даю — заряжаю этой необходимостью быть личностью

 

Пока я могу тешить себя этим обманом.

Я вам открою секрет. В принципе в любой группе есть один-два человека, ради которых приходишь. Те два человека, которые меня понимают. Понимают не семантическую составляющую моей речи, а вот тот высший уровень. А есть группы, к которым не хочется идти. Хотелось бы видеть хоть пару заинтересованных глаз, а когда их там не бывает, тогда вообще ничего не клеится и не складывается.

Мне очень повезло с преподавателями. У нас хорошая школа была в Донецке. Там были преподаватели вроде меня, которых не очень беспокоила академическая составляющая дисциплины. Особенно я благодарен Нэле Николаевне, фамилия у неё была немецкая, и она преподавала немецкий язык. Она нас научила читать настоящие книги.

В наши времена, если находили, допустим, «Преступление и наказание» Достоевского у тебя в портфеле, то вначале исключали из комсомола, и, как следствие, из школы исключали. Так вот Нэля Николаевна нам эти запрещённые книги сама приносила! Она говорила, что без литературы и без истории нет интеллигентного человека, и я с ней согласен полностью.

Только теперь я к этому добавляю обязательно географию и музыку. Я сам себя очень часто интервьюирую, поэтому дневники не пишу. Засыпаю я довольно долго и в этот момент я задаю себе вопросы, которые меня безумно интересуют. Я сам себе же и отвечаю. Это очень хорошая привычка, некое подведение ежедневных итогов, а иногда не только ежедневных, но и глобальных. И, кстати, это оттачивает речь.

09 июня 2014
4178
4

Расскажи подругам

Читайте также

Читай самое вкусное

Комментарии

No Avatar
Шикарный материал )
No Avatar
Потрясающе глубокая личность и удивительно интересный рассказ! Спасибо, Катя!
No Avatar
ок!
No Avatar
Поверьте, это Великий человек. Мне посчастливилось у него учиться, ради таких встреч стоит жить и такие моменты оставляют в душе неизгладимое впечатление. Только на тот момент я был слишком молод и не до конца осознавал эту ценность

Скажи, что ты думаешь

Сейчас обсуждают

Давайте дружить